Бабушка Маша

Всё сама да сама

В центре деревни, в самой низине, блестит в солнечных лучах гладь небольшого пруда. Вокруг на высоких его берегах стоят и современные статные дома, и те, которые в сказках называют избушками: деревянные, изрядно пожившие строения. В одну из таких избушек мы и направились.

Хозяйке, хлопотавшей в огороде, предложили присесть на лавочку, отдохнуть и побеседовать. Баба Маша (так называют ее близкие и соседи) согласилась, но тут же засомневалась - мол, что обо мне говорить… Не считает она, что судьба ее примечательна. Да и воспоминания даются нелегко: жизнь была не сладкой.

Мария Павловна живет одна. Топит русскую печку, воду берет в колодце. Сама занимается хозяйством. Может показаться, что это ерунда, многие так живут. Но нет. Таких, как Мария Павловна, единицы. Этой маленькой хрупкой женщине уже 97 лет! А она все сама да сама.

Крепкая духом, закаленная временем, она с благодарностью принимает помощь, но переезжать куда-либо отказывается. В этом доме она родилась и выросла. Здесь и доживает отмеренное ей время.

- Сейчас посадила два ведра картошки. Хватит мне. Моркву посадила, свеклу, лук. Посеяла укроп и петрушку. Помаленьку ковыряюсь, - говорит Мария Павловна.

Военные годы и жизнь после

Во время Великой Отечественной войны отец Марии и старший брат ушли на фронт, да так и не вернулись. На плечи овдовевшей матери и Маши легли все тяготы и заботы.

Наступая, гитлеровцы шли через Кривское. По словам Марии Павловны, особо не зверствовали, но отбирали у сельчан съестное и угоняли скот. Слух о том, что фашисты отлавливают во дворах животных, быстро разлетелся по соседям. Юная Мария не растерялась и первым делом спрятала гусей и кур. Сама же, крепко прижав к себе поросенка, чтобы тот не издавал ни звука, залезла под печку и ждала, когда фрицы уйдут подальше.

- У меня никого не забрали. Я всех спрятала! - с гордостью и улыбкой говорит бабушка.

Во время войны здесь на колхозном поле выращивали картофель для Красной армии. И когда к деревне шли немцы, сельчане от мала до велика бросились голыми руками выкапывать клубни и прятать их, чтобы те не достались фашистам. Успели. Сберегли.

Так как львиная доля урожая отправлялась на фронт, людям приходилось жить впроголодь.

- Приедут из сельсовета, загрузят целую повозку картошки и увезут. Военных-то кормить надо было. А нам - что останется. Есть очень хотелось. Ели щавель, лебеду, крапиву, - вспоминает Мария Павловна. - Трудно было. Помогали нашим солдатам как могли. Ходили до самого Мещовска, копали окопы. Поправляли дороги, чтобы военные могли проехать.

Чувствуется, как нелегко собеседнице ворошить в памяти эти события. Как ни старайся, но мы, современное поколение, не в силах до конца понять всю боль и горечь людей, переживших войну. Для нас это факты истории, для них - жизнь и сломанные судьбы.

Послевоенные годы были хоть и поспокойнее, но не менее трудные. Работать приходилось от зари до заката. И в колхозных полях Мария Павловна трудилась, сажая и пропалывая бесконечные овощные грядки, и на фермах за скотом смотрела. В 5 утра уходила сначала на одну ферму, выгоняла на пастбище овец, потом бежала на другую - чистить свинарник, затем - на третью, где наводила порядок в клетках у кур и гусей. А ведь и домашнее хозяйство требовало внимания и сил.

Семья и одиночество

Что касается личной жизни, то и она у Марии Павловны сложилась не гладко.

- Замуж я не выходила. Приняла в дом одного мужичка, но вскоре он умер. Потом появился второй - Виктор, - вспоминает она.

С Виктором у Марии родились три сына: Леша и близнецы Миша и Саша. Михаил и Александр трагически погибли один за другим много лет назад. Алексей живет в Москве, часто приезжает в деревню. Есть у Марии Павловны и двое внуков, которые тоже иногда навещают.

Считает ее своей бабушкой и Яна Новикова, библиотекарь из деревни Алнеры, которая с детства приезжала к Марии Павловне вместе с отчимом - дядей Мишей (одним из сыновей-близнецов). Сейчас Яна продолжает навещать бабушку Машу и помогает ей. Даже жить к себе звала, только та не соглашается.

- После смерти Вити ко мне третий мужичок захаживал, но не приняла я его. Так вот и живу одна, - говорит Мария Павловна. - Печку натоплю, залезу на лежанку и сплю там. Тепленько, хорошо.

Дом доживает свой век вместе с хозяйкой: покосившиеся потолок, стены и пол, та самая русская печь, под которой в
войну пряталась она с поросенком, старая мебель и ласковые кошки, скрашивающие одинокую жизнь бабушки Маши.

Старейшая жительница деревеньки Кривское Мария Павловна Костюкова - человек старой закалки. Не сможет она без привычной сельской ежедневной суеты. Потому и не соглашается уезжать. Ей и здесь хорошо. На родной земле.

Мария КОСТЮКОВА:

- Образование у меня всего один класс. Ходила в школу в соседнюю деревню Плющаны. Потом бросила. Некогда было учиться. Помогала матери по хозяйству. Я самая старшая из семерых детей была. Все давно умерли. Одна я осталась. Старше их и все живу...

Автор новости: Екатерина ТАБАШНИКОВА

Фото автора.