Неукрощённый огонь

Просто служба

– Вы только не подумайте, что я герой какой-то, а то перед товарищами неудобно. Была просто служба. (Пожилой человек положил на стол исписанный листок бумаги). Я тут набросал несколько предложений…

– А, может, просто расскажете?
– Есть! Вам виднее.

– Как началась ваша служба?
– После училища в 1964 году по прибытии в Плесецк меня назначили на должность начальника расчета на пункте радиоуправления. И тогда же я заступил на боевое дежурство – пункт радиоуправления отслеживал полеты ракет гагаринского типа, в том числе оснащенных ядерным оружием. В нашу задачу входили расчеты попадания головной части в цель или отклонения от цели. Все тревоги, понятно, были учебно-тренировочные. Входили мы тогда в состав РВСН.

С 1966 года служил уже в полит-отделе: меня привлекала воспитательная и пропагандистская работа.

– Были замполитом?
– Так точно! Сначала замполитом начальника кислородно-азотного завода, затем секретарем парткома. В 1984 году был назначен замполитом боевой группы пуска ракет. А вообще в боевой пусковой расчет я входил с 1976 по 1989 год. С моим участием в космос было отправлено более сотни космических аппаратов различного назначения.

Катастрофа

– За все эти более чем сто пусков мне запомнился именно этот. Он был трагическим. Произошло это 18 марта 1980 года.

Казалось, ничто не предвещало беды, все узлы и механизмы работали штатно. Я с командиром части и начальником группы находился на старте. Убедившись в скором окончании заправки, мы стали отходить от пускового стола к наблюдательному пункту: должен был приехать первый секретарь Архангельского обкома КПСС…

Мы шли не торопясь, уверенные в успехе, и тут… Метрах в ста от нас раздался взрыв, сопровождавшийся треском разрывающейся обшивки ракеты. Мы оглянулись и на мгновение замерли: чуть выше середины ракетоносителя, удерживаемого стартовыми фермами, бушевало яркое – нам показалось, ярче солнца – свечение, белый раскаленный шар!

Через несколько секунд раздался следующий взрыв: взорвался центральный блок. Мы попадали в сугробы. Я встал, отбежал метров 50, потом опять упал – еще серия взрывов…

Скажу честно, мы, офицеры, все еще находились в шоке от случившегося, когда начали организовывать спасение людей. Вокруг, на месте старта, бушевал яростный пожар. Мы поняли, что погибли люди, много…

– Там были специально обученные спасатели?
– В тот момент нет. Никто не ожидал такой катастрофы.

Как замполит, я всегда согласно обязанностям номера боевого расчета отвечал за спасение людей. Как только увидел первых раненых, обожженных, организовал немедленную эвакуацию в медицинский пункт.

Люди пылали как факелы… Сбить с них пламя помогал снег. Я стал собирать пострадавших в автобус. Мы сделали три рейса и 49 человек отправили в медпункт на расстоянии километра от старта. Дружно работали все!

– Потери были серьезными?
– Я подобных не помню! На месте погибли 45 человек. Все похоронены близ космодрома, в городе Мирном, в братской могиле, где стоит памятник и горит Вечный огонь. Впоследствии от ожогов умерли еще трое.

Когда я закончил эвакуацию раненых в медпункт, сразу побежал на построение личного состава, не входившего в боевой расчет, и приказал: «Кто может оказывать медицинскую помощь – выйти из строя!» Таких оказалось 13 человек. Направил их бегом в медицинский пункт.

Спасательные работы шли всю ночь. В Мирный вернулись под утро. В поселке никто не спал: зарево со старта было видно за 20 километров. Моя жена, Тоня, когда увидела, что я иду к дому живой, выскочила, бросилась мне на грудь, разрыдалась…

Но на этом испытания не закончились: я вместе с Тоней, которая была медсестрой, поехал по семьям погибших сообщить им скорбную весть.

О том, что я тогда видел, слышал, чувствовал, рассказать не смогу…

«Разбор полётов»

– Правительственная комиссия ошибочно всю вину за аварийный пуск возложила на боевой расчет. На самом деле, как выяснилось много позже, подобная неисправность была обнаружена во время подготовки к запуску другой ракеты. Она была следствием ошибки заводского производителя фильтра для перекиси водорода (заменили припой из чистого серебра на оловянно-серебряный припой). И эту ошибку завизировал своей подписью, не вникнув, главный конструктор аппарата.

– То есть боевой расчет обвинили незаслуженно?
– Да. И в результате этого обвинения пострадало много людей. Кто-то даже покончил с собой, например, начальник заправочной команды майор Куренной, возмущенный несправедливостью… Впоследствии решение комиссии пересмотрели.

А из катастрофы сделали выводы. Ведь многие погибли из-за того, что не была предусмотрена аварийная эвакуация. Ошибки учли, и после этого случая были внесены существенные конструктивные изменения на каждом старте для эвакуации боевого расчета. А тогда невзирая на тяжелые испытания боевой расчет части справился с ударами судьбы и продолжал службу. Как продолжает служить Отечеству космодром Плесецк – верой и правдой.

Наша справка

Космодром Плесецк (1-й Государственный испытательный космодром Министерства обороны РФ) – советский и российский космодром, обеспечивающий часть российских космических программ, связанных с оборонными, прикладными, научными пусками непилотируемых космических аппаратов. Единственный в мире космодром, где запускают аппараты, которые с орбиты могут «видеть» оба полюса земли (именно там формируется климат нашей планеты).