С крестом на бронежилете

Военные и священники в чем-то очень похожи, только первые воюют на поле боя, а вторые ведут брань духовную. И те и другие – служат. Молодой иерей Вячеслав Бахаев вместе с другом и помощником из Синоидального отдела Юрием Сиваковым был в подразделениях у добровольцев, нес службу в госпиталях и на военных полигонах. Признается, что сам он вернулся из этой поездки немного другим.

На войне неверующих нет

 – Там все наполнено особым смыслом. Люди подходят к вере, к принятию святых таинств очень осознанно, – рассказывает отец Вячеслав. – Стираются все полутона, ведь война совсем рядом, а значит, есть жизнь и есть смерть. Неверующих людей я не встречал, особенно среди тех, кто прошел окопы и серьезные обстрелы. Выполнял свои обязанности как священник: крестил, соборовал раненых в госпиталях, исповедовал, причащал, просто беседовал. С какой же радостью меня встречали! Ребята, увидев священника, сразу же обступают, обнимают: а ты откуда, ты теперь с нами будешь? Присутствие священника очень поднимает моральный дух. Отлично, что сейчас практику, чтобы в каждом подразделении был свой священнослужитель, возрождают.

Семнадцать дней командировки пролетели очень быстро. Отец Вячеслав исповедовал и крестил бойцов на полигоне под Луганском, в подсобных помещениях после краткой огласительной беседы. Конечно, в церкви есть свои устоявшиеся веками каноны и правила, но бывает, что послабления во многих вещах совершенно естественны. Человек с утра покрестился и после обеда в составе штурмовой группы уже идет в бой.

 – Все, кого я крестил в полевых условиях, записаны у меня в блокнот, – говорит батюшка, – и всем им я, наверное, теперь крестный.

Отец Вячеслав работал в основном с православными воинами. Но были среди бойцов и мусульмане, он заходил к ребятам, беседовал, спрашивал, как дела. Познакомился он с буддистами, с язычниками, и каждый был рад поговорить, что-то спросить, рассказать о своей жизни... Были представители разных религий. Неверующих – не было.

Живой!

 – Крестил одного парня, вагнеровца. Он все время, пока шло таинство, плакал, – продолжает отец Вячеслав. – Жизнь у него оказалась сложная, он из числа спецконтингента. Через что он прошел и как Господь дотронулся до его сердца, я даже не могу объяснить и рассказать, я сам этого не понимаю. Но человек с таким жизненным багажом оказался в душе ребенком. Понимаете? Бог берет и раскалывает нашу греховную скорлупу, которой мы все обрастаем, а душа-то у всех прекрасна! Как говорил святой преподобный Гавриил Ургебадзе: «Плохих людей не существует. Я таких людей не встречал». На прощание он меня крепко обнял...

Мужчина тогда рассказал священнику, что их шло группой пятеро. Попали под минометный огонь. Убило двоих ребят впереди него и двоих позади, а ему – ничего, ни царапины.

На следующий день после крещения раб Божий Арсений пошел на штурм в Бахмуте. Отец Вячеслав попросил, чтобы, когда все закончится, он обязательно приехал к нему в гости. Оставил свой номер телефона. Пока его крестник не давал о себе знать, обстановка там сложная.

– Человек попал туда, где реально очень страшно. Обратился к Богу – и Он сразу дал о себе знать, коснулся его сердца. Раз – и ничего больше не нужно объяснять, человек все понял, – говорит батюшка..

Это было, наверное, самое запоминающееся знакомство из его командировки в Донбасс. А рассказов о том, как пуля просвистела в двух сантиметрах от виска или как отбросило взрывной волной, но все обошлось, он слышал немало. Отец Вячеслав, кстати, просил ребят по возможности не употреблять матерные слова. Это энергия смерти, человек словно сам на себя ее призывает. Все военные священники с большим опытом работы на передовой говорят то же самое.

Иди и смотри

Отцу Вячеславу частенько приходилось надевать бронежилет и каску. В зоне СВО опасно везде. В Донецке, где они жили, прилеты случались каждый день. Выходя из дома, батюшка видел соседнюю пятиэтажку, сложенную, как книга, после попадания «хаймерсов».

Батюшка рассказывает, что у людей там совершенно другие глаза, уставшие. Они очень устали от войны. Война идет уже девять лет, дончане пережили многое. Любой ребенок там по звуку определяет, прилет или отлет и какая именно ракета в небе. Но все они – верят. Верят в победу, страдают за нее, добиваются ее. У каждого жителя Донбасса есть своя личная история и близкие, которые воевали или воюют на фронте сейчас. И потому их не сломить и не запугать.

– Я поехал и увидел сам, как бомбят прекрасный город-миллионник, – подводит итог священник, – поговорил с местными жителями. Все они вспоминают 2014 год, когда начались первые бомбежки ВСУ Донецка и Луганска. Как погибали мирные люди, дети... Они очень хорошо помнят страх и растерянность первых дней и после этого никогда уже не будут прежними. Я теперь говорю: слушай, если есть вопросы – поезжай в Донецк, это 12 часов за рулем, иди и смотри. Посмотри в глаза этим людям, пообщайся с ними.

На Вербное воскресенье в храме Успения села Барятино, где служит отец Вячеслав, многолюдно. Распускаются нежные веточки вербы – скоро Пасха, главный праздник всех православных христиан. Праздник ликующей жизни и победы над смертью.

 – Когда появится возможность, обязательно поеду в командировку в Донбасс снова, – говорит священник, – такое решение я уже принял.