Выжил и победил

Полковник в отставке Борис Басанько родился в Калуге 6 июня 1922 года. Окончил Омское высшее командное училище, за годы службы был отмечен двадцатью девятью наградами. Вместе с женой Раисой Ивановной воспитал двоих детей, двоих внуков и внучку. Скончался Борис Григорьевич 2 декабря 2012 года на 91-м году жизни. 

В довоенной Калуге

- Жил я с матерью на улице Баррикад, и очень мне хотелось стать морским офицером. После 9-го класса даже письмо Ворошилову написал. Пришел ответ, что в Ленинградское военно-морское училище принимают только с десятилеткой, но в военкомат меня пригласили и вручили направление в Пермь, в военно-морское техническое училище.
Проучился я там год, потом обострился ревматизм и меня комиссовали. В Калуге закончил 10-й класс, выпускной вечер был 21 июня 1941 года. А завтра - началась война.

Путь к Сталинграду

- Меня на фронт не послали, занимался при аэроклубе, потом всех эвакуировали в Свердловск. Уже там готовых летчиков отправили в части, а меня - на военный танковый завод.
Призвали 15 мая 1942 года и направили в пехотное училище. Но проучиться довелось только три месяца: началась Сталинградская битва, и всех курсантов первых и последних курсов бросили в бой. Старших курсантов - младшими офицерами, нас - солдатами.
Меня зачислили рядовым в 45-ю дивизию имени Щорса, в знаменитый Краснознаменный Богунский полк, в минометный расчет.

Сталинград

- Сталинград тогда - это длинная полоска земли вдоль Волги, километров 80.
И немцы стремились во что бы то ни стало сбросить нас в Волгу.

26-27 октября 1942 года полку была поставлена задача оборонять тракторный завод. Немцы атаковали непрерывно. С самого утра, как по расписанию - сначала артобстрел (корректировщик огня прямо над нашими головами летал), потом - атака. Особенно яростно гитлеровцы сражались с 29 по 31 октября. Хотели спихнуть нас в Волгу, покончить со Сталинградом, доложить своим, что к годовщине нашей Великой Октябрьской революции «победили Сталинград».
Атаки их шли беспрерывно. Танки, следом пехота. Автоматный огонь такой плотности, что головы не поднять. Мы стреляли, пока были патроны. По танкам - из ПТР (противотанковых ружей). У нас взвод ПТР был - 19 человек, из них 18 были убиты гитлеровским снайпером. Наш командир поклялся этого гада достать. Так и вышло. Лежку снайпера нашли. Ударили минометами. Ничего не осталось.

За нами Волга

- По танкам я, когда надо было, тоже из ПТР работал. 31 октября туго пришлось: немцы до нас метров 50 не дошли. А за нами - полоска земли и Волга. Морские пехотинцы нас выручили, ударили фашистам во фланг. И мы удержались.
А 4 ноября меня ранило и контузило. Снаряд весь наш расчет минометный накрыл. Мне потом медсестра рассказывала, что у двоих ребят прямо из головы осколки торчали. Их и вывозить не стали.

Из госпиталя выписался 1 января 1943 года и - в запасной полк. Уже была в самом разгаре операция по уничтожению группировки Паулюса. Полку была поставлена задача - очистить город от уцелевших гитлеровцев. Сражались мы штурмовыми группами по 10-15 человек. За каждый дом.
Я тогда освоил еще одну профессию - огнеметчика. Нас все называли «смертниками». Почему? На спине - два баллона. В одном - 8 литров горючей смеси, в другом - сжатый воздух. Стоило любой пуле или осколку только чиркнуть - и ты факел. Обошлось.

Новая специальность

- В Новочеркасске меня в числе других направили во вновь созданные войска правительственной связи. Критериев было три: обстрелянный фронтовик, молодой, обязательно комсомолец или член партии. Ответственность очень высока.
Боевое крещение в новых войсках мы приняли на станциях Лихая и Глубокая под Ростовом. Это были крупные узлы, бомбили немцы еженощно, и мы восстанавливали связь. Всегда, когда требовалось. И под огнем тоже.

- Наш отдельный 5-й полк правительственной связи участвовал в штурме знаменитой Сапун-горы и освобождении Севастополя. Освобождали Варшаву, брали Кенигсберг. Потом полк перебросили с 4-го Украинского на 1-й Белорусский фронт. Так я оказался в числе штурмующих Берлин. Очень помог опыт Сталинграда. И выжить, и победить. Берлин мы взяли, и я расписался на рейхстаге. За взятие Берлина я получил звание старшего сержанта и медаль.

Война после войны

- После войны мы еще год оставались в Германии, обеспечивали правительственную связь. Потом то же самое в Польше. Там трудно пришлось. Подпольная Армия Крайова подрывала коммуникации, и линии связи мы патрулировали беспрерывно, вступая с противником в огневые боестолкновения.
Всегда с собою пять гранат минимум: три в подсумке, две - в карманах. Однажды дошло до того, что напали на наш стационарный пост. Я напарнику говорю: «Давай пулемет!» Мы ударили сначала гранатами, а потом я из «ручника». Не на тех напали. После четырех лет войны с гитлеровцами мы стали настоящими военными профессионалами.
А демобилизовался я только в январе 1949-го.

Возвращение домой

- Восемь лет не был дома. Вернулся в 27 лет. И что у меня? Специальности гражданской нет. Жилье - комнатка на двоих с мамой.
Пригласили в обком комсомола - дескать, будешь инструктором по пропаганде. Тамошний начальник стал меня «гонять»: кто такой Рембрандт, читал ли я «Войну и мир» и почему Толстой - «зеркало русской революции»? Слушал я его, а про себя думал: «На фронт бы тебя, там бы тебе фашисты быстро разъяснили, и кто такой Рембрандт, и про Толстого тоже».

Пришел к первому секретарю, сказал: «Пропаганда - не мое». Тот тертый был человек, умный, послал в военкомат: «Ты же боевой, всю войну прошел, пригодишься». И точно, с 1951 года я снова стал военным.
Поступил в Омское высшее командное училище имени Фрунзе. В том же году с Раисой Ивановной поженились. Дети пошли, служба ладилась, служил в Калуге. Тогда много внимания уделяли военно-патриотическому воспитанию молодежи.
Со временем я возглавил калужский ДОСААФ, мы ежегодно для армии и флота готовили более двух тысяч ребят по разным военным специальностям. Думаю, эту традицию нужно возродить, как и патриотическое воспитание молодежи.

Подготовил Пётр КАТЕРИНИЧЕВ.