Газета
Прямая линия
Сначала было слово
Все началось с калужской гимназии, которая в 60-70-х годах прошлого века именовалась «школой преподавания ряда предметов на иностранном языке» и занимала длинное двухэтажное здание, из окон которого периодически вылезала группа детей-второклашек под руководством преподавателя и отправлялась… гулять по городу.– Виктор Иванович Кибицкий был неординарным человеком, – вспоминает Елена Костюк. – Полиглот, знал пятнадцать иностранных языков. Обе его дочки, которые учились в нашей школе, каждый день разговаривали на разных языках.
Такую же «методику погружения» преподаватель использовал на уроках. Человек рождается и сначала учится говорить, а уж потом писать, рассуждал он. А потому обучал детей разговорной речи. Уроки проходили в форме игр и живого общения. На «экскурсиях» по городу, куда дети отправлялись через окно, тоже общались исключительно на английском: обсуждали всё, что видели.
У Елены Костюк преподаватель обнаружил способности к языкам. Родители приобрели бобинный магнитофон для занятий, на который преподаватель записывал дополнительные уроки. «Обучение общением» закончилось в 4-м классе, когда в школу пришли с проверкой из гороно: написать словарный диктант дети, свободно общавшиеся на английском, не смогли, поскольку даже алфавита ещё не проходили.
Через Крымский мост
На лингвиста после школы Елена не пошла, хотя мечтала об этом.– Посмотрев на автомобили с дипломатическими номерами, припаркованные возле института, мама вынесла вердикт: здесь делать нечего, – рассказывает она. – Мы перешли через Крымский мост и увидели технический университет. Туда я поступила без специальной подготовки: советское классическое образование давало отличные знания.
Именно в техническом вузе случился второй период «разговорного английского». Преподавать язык был назначен иностранец, который приехал изучать русский с нуля. Так что занятия ему пришлось выстраивать в форме погружения: студенты садились в кружок и беседовали на различные темы. Елена Костюк опять почувствовала, насколько интересно такое обучение и как много оно даёт.
Однако по окончании института распределение последовало отнюдь не за границу: молодого инженера отправили на Новосибирский завод по производству сеялок и… ракет.
После столичной жизни это было как путешествие в прошлое: строительство коммунизма, патриотизм, субботники… На девчат из Москвы смотрели как на пришельцев с другой планеты. Общежитие находилось на окраине, так что кроме завода вчерашние студентки почти ничего не видели. Зато технологический процесс знали досконально.
Колбасный отдел и новые вертолёты
В Калугу девушка вернулась в 1985-м, устроилась в отдел главного технолога ВНИИМЭТ. От рутинной работы с радостью сбежала на должность начальника технологического бюро в новый цех, который построили на Правом берегу. Там познакомилась с будущим мужем, затем ушла в декрет – на 12 лет. Пока воспитывала дочь и сына, в стране началась перестройка, муж пошёл в палаточный бизнес. А потом дети подросли, и Елена Костюк поняла, что пора бы найти работу.– Продавец нужен в колбасный отдел, – мимоходом сказали друзья. – Но ты же не пойдёшь.
– Почему не пойду? – возразила дипломированный инженер. И пошла: гнушаться работой она не привыкла, тем более что на дворе стояли лихие 90-е.
– Коллектив попался хороший, высокообразованный. Обменивались книгами, обсуждали Довлатова, говорили о музыке. Уборщицей у нас была выпускница консерватории, и продавцы тоже не лыком шиты, – с юмором описывает этот период жизни Елена.
Однажды в магазин заглянул иностранный сотрудник открывшейся в Калуге «Золотой бочки». Обнаружив, что одна из продавщиц легко общается на английском, очень обрадовался, и вскоре постоянными покупателями магазина стали многие иностранцы: приятно прийти туда, где тебя понимают. Доход магазина увеличился, зарплата продавца тоже. А потом…
Потом правительство Нигерии закупило в России вертолёты Ми-2. Иностранных специалистов отправили на обучение в Калужское лётно-технического училище. Срочно потребовался технический переводчик-синхронист, знакомые порекомендовали Костюк: мол, и язык знает, и техническое образование есть. Однако надо было ещё знать устройство авиатехники и владеть навыком синхронного перевода, чего у неё не было. Но Елена справилась – даже при отсутствии интернета и всевозможных гаджетов. К лекциям готовилась по ночам, обложившись двухтомными словарями. В ходе работы настолько изучила устройство техники и процесс полёта, что и сама бы смогла летать, по мнению лётчиков. Елена Костюк получала огромное удовольствие от работы. Да и зарплата переводчика была в 20 раз больше зарплаты продавца.
Когда обучение закончилось и нигерийские лётчики отправились домой, женщина уже понимала, что нашла свой путь. Компьютер она освоила на следующем месте работы, в агентстве недвижимости, параллельно обучая иностранному языку желающих. Методику обучения применяла ту же, по которой изучала язык сама.
– Я ставила задачу разговорить человека: детям задавала вопросы о жизни, о прочитанных книгах, со взрослыми обсуждала сериалы, – поясняет Елена.
20 лет назад Елену Костюк пригласили в компанию «Коралл». Сегодня она – уважаемый и ценный сотрудник.
Правда, на английском говорить приходится всё реже, в основном работает с документами на иностранном языке. Недавно Елена Брониславовна заняла второе место на олимпиаде по английскому языку среди непрофессионалов, став самым возрастным участником.
– Хорошо, когда трудно и интересно, – считает Елена Костюк. – Жить надо на преодоление, только тогда развиваешься и движешься вперёд.
Фото из архива Елены Костюк.
