Газета
Прямая линия
За свою насыщенную жизнь калужанин Алексей Гунько побывал не в одной горячей точке. Он своими глазами увидел, к каким тяжелым последствиям может привести потакание национализму и экстремизму на отдельно взятой территории.
Нагорный Карабах
Первая по-настоящему боевая командировка у Алексея Гунько началась в октябре 1988 года. В Нагорном Карабахе вспыхнул конфликт между армянами и азербайджанцами. В Калугу из МВД пришла разнарядка на формирование следственно-оперативной группы из трех человек и направление ее в Закавказье. Алексей Гунько тогда работал в Московском РОВД города Калуги. Он добровольно предложил свою кандидатуру и был назначен руководителем группы.
Житель мирной Калуги впервые узнал, чем оборачиваются межнациональные конфликты для населения. Слезами, кровью и разрушениями. Из-за непродуманного решения советских властей земли, на которых издавна проживает армянское население, стоят древние православные храмы и монастыри, были включены в состав Азербайджанской Республики. После ослабления центральной власти эта мина замедленного действия сработала и привела к гражданской войне.
– Людей изгоняли с родной земли, на которой столетиями жили их предки, а несогласных просто убивали. Нам приходилось в буквальном смысле слова растаскивать представителей двух конфликтующих сторон, – вспоминает ветеран.
Обстановка была по-настоящему горячей. Экстремисты поджигали строения, похищали и убивали людей, угоняли скот, выгоняли представителей другой национальности из их квартир. Ответственность за свои преступления сваливали на противоборствующую сторону. В райцентре Мартуни преступники вырезали всю семью, чтобы захватить дом, в котором она проживала.
Русским приходилось раскрывать совершенные преступления, гасить многочисленные межнациональные конфликты и защищать мирных жителей от нападок националистов. За это их тоже ненавидели. В Агдаме радикалы перевернули УАЗик, в котором следственно-оперативная группа возвращалась с места происшествия, и перебили всех сотрудников. Алексею Гунько не раз приходилось вместе с горсткой солдат-срочников вставать на пути у взбудораженной провокаторами толпы и успокаивать вооруженных косами, палками и охотничьими ружьями людей, чтобы предотвратить погромы и массовые убийства.
Адекватно реагировать на обстановку и решать постоянно возникающие проблемы ему помогало педагогическое образование и знание местных обычаев. По приезде в населенный пункт калужанин сразу шел к старейшинам и налаживал с ними контакт. В случае необходимости с доказательствами на руках убеждал их в невиновности представителей другой веры, уговаривал успокоить земляков, призывавших устроить самосуд над ни в чем не повинными людьми.
Чечня
Первая поездка в Чеченскую Республику состоялась в 1995 году. На этот раз Алексей Гунько отправился на Северный Кавказ в ранге заместителя командира сводного отряда. Сотрудники калужской милиции занимались охраной общественного порядка в Веденском районе. Несмотря на общую обстановку в Чечне, эта командировка прошла относительно спокойно.
Помог хороший контакт с местным населением, которое в основной своей массе благожелательно отнеслось к калужанам и строго соблюдало достигнутые с командованием отряда договоренности. Калужане дежурили на блокпостах на дорогах, занимались проверкой документов и досмотром транспорта, обнаруживали и изымали оружие, наркотики и фальшивые доллары. Принимали участие в зачистке населенных пунктов от боевиков и других специальных операциях. Конечно, случались и обстрелы противником наших позиций, но они носили эпизодический характер.
Вернувшись в Калугу, Алексей Тимофеевич несколько лет отработал в штабе УВД Калужской области. Но спокойная и размеренная служба была не для него. В 1999 году, после нападения банд Басаева и Хаттаба на Дагестан, беспокойная натура опять позвала его в горячую точку. Едва услышав о поступлении разнарядки из МВД России, он добровольцем отправился на Северный Кавказ и задержался там на полтора года.
Благодаря своему опыту калужанин получил назначение на должность заместителя начальника штаба МВД Чечни. Занимался планированием специальных операций, благо соответствующий опыт уже имелся.
Начинали с зачистки от незаконных вооруженных формирований ближайших к Грозному населенных пунктов. Алексей Гунько руководил следственно-оперативными группами, вместе с ними ежедневно вылетал в три-четыре района республики. Участвовал в планировании и проведении захватов боевиков, выявлении и изъятии схронов с оружием, других спецопераций. Задержанных доставляли в следственный изолятор, где с ними проводились следственные действия.
Ранение
На заслуженный отдых Алексей Тимофеевич ушел вынужденно – из-за ранения, полученного во время очередной боевой операции. Произошло это в феврале 2000 года. Силовики зажали в Грозном большой отряд боевиков во главе с Шамилем Басаевым. Единственный путь отступления пролегал через Соленую балку. Дорогу противнику преградили бойцы ОМОНа и Алексей Гунько со своими оперативниками. Вооружены они были лишь двумя пулеметами и стрелковым оружием. Тот ночной бой до сих пор часто вспоминает ветеран. Балка была заминирована, но басаевцы шли напролом, под огнем и прямо по минам. Именно тогда их лидер потерял ногу. Когда наши поняли, что не в силах сдержать превосходящего врага, они вызвали огонь артиллерии на себя. Одним из разрывов накрыло позицию, которую занимали Алексей Гунько и его водитель.
К счастью, оба остались живы. В бессознательном состоянии их откопали сослуживцы и на вызванном вертолете отправили в медсанчасть. Очнулся Алексей Тимофеевич уже в подмосковной Балашихе, в госпитале внутренних войск. Оказалось, что к тому времени он уже числился как без вести пропавший. После излечения врач порекомендовал оставить службу.
Если бы мы не навели порядок на Северном Кавказе, там полыхало бы еще не одно десятилетие. С жертвами среди мирного населения, издевательством над людьми, разгулом терроризма и преступности. А сейчас Чеченская Республика живет в мире. Люди сделали правильный выбор и не разочаровались в нем – это самое главное.
